Глубина и легкость в одном флаконе. Работа экскурсовода как она есть

В преддверии Всемирного дня экскурсовода ИА «Новости Приднестровья» побеседовало с супругами Пономарёвыми из турагентства «РИО».

21 февраля — праздник у тех, кто помогает нам ориентироваться в незнакомых странах и знакомых достопримечательностях. Всемирный день экскурсовода был учреждён в 1985 году. Сейчас в федерацию ассоциаций экскурсоводов входит более 2 млн человек из 70 стран мира. В эпоху глобализации и колоссальных людских миграций гид – это уже больше, чем просто интересный рассказчик. Это уже настоящий проводник в культуру, обычаи и нравы той или иной страны. И чтобы быть на высоте, нужно постоянно обновлять свой багаж знаний, считают Алексей и Анжела Пономарёвы из столичного турагентства «РИО».

 

Начнём с того, как вы попали в туризм?

Алексей Михайлович: Я учитель географии и биологии. Еще когда работал в школе, была мысль: вот я рассказываю им, но на местности не показываю. Родилась идея закупить оборудование для одной группы и возить детей на экскурсии. Ну а в 89-м, когда мне присвоили «Отличника просвещения СССР», то решил: всё, педагогическая карьера на пике, пора уходить из неё. Так я занялся туризмом профессионально, хотя любительски – ещё с 77-го года.

Анжела Петровна: Я тоже педагог, это важно: зная педагогику, можешь донести школьнику нужную информацию на его уровне. Пришла в туризм в 1998 году, поняла, что поле для работы гораздо шире: можно общаться и с детьми, и со взрослыми.

 

Сложно быть экскурсоводом?

А. М.: Если любишь своё дело, то нет. Эта профессия требует  колоссальных знаний, причём в разных науках. Если человек работает легко и вам это нравится, то это говорит о том, что он очень высокого уровня профессионализма. Есть комплексные знания ­– есть успех, в противном случае для аудитории это почти пустое времяпрепровождение.

А. П.: Это удачное сочетание хобби и профессии, это оптимально, потому что не напрягает, а радует. Нет рутины, всё время что-то новое, и это здорово.

 

Как это нет рутины? Ходишь себе и просто повторяешь одно и то же, ну так, по крайней мере, многие думают о вашей работе.

А. М.: Это очень поверхностный взгляд. На каждый маршрут есть большие папки. Ты просматриваешь всю информацию, а у нас есть ещё так называемые рабочие карточки, составляешь алгоритм экскурсии. И уже на его основе начинаешь восстанавливать в памяти то, что там будет нужно. В основе фундаментальные знания плюс те, которые используются в зависимости от аудитории. А она бывает очень разной.

 

Насколько? И с кем работать тяжелее всего?

А. М.: Ну я бы не сказал, что прям вот тяжело. Просто есть своя специфика. Допустим, школьников надо чем-то заинтересовать. Вариант, как в школе, – сесть ровно и смотреть на меня — не срабатывает, нужно дать им что-то такое, чтобы они оторвались от телефонов и посмотрели на тебя. Пожилые люди, наоборот, боле консервативные, они много видели, много знают, и их порой сложно в чём-то переубедить. А так нет одинаковых групп – они всегда разные, по полу, возрасту, интеллекту, каждую нужно просчитать и найти к ней подход.

 

Современный турист, каков он, чего хочет?

А. П.: Зрелищ. Причем больше, чем информации; хочет увидеть что-то яркое, костюмированное, элементы шоу, какие-то фишки. Люди хотят поучаствовать в рыцарских ристалищах, попробовать сделать что-то самим, то есть «хочу не только слышать, но и ощущать». Приходится некоторые экскурсии видоизменять, но этим и интересно наше дело, что постоянно пробуешь что-то новое.

А. М.: Можно рассказывать о Бендерской крепости, но если вы надели феску, то вы ближе к аудитории. А если говорите о старом Тирасполе и надели юбку, блузку и шляпку того времени, то вас тоже воспринимают как из той эпохи. Раньше всё было более академично, сейчас нужно больше гибкости и вариативности. Плюс турист сейчас более информированный, задаёт гораздо больше вопросов, чем раньше.

 

Пандемия нанесла туризму просто-таки удар под дых. Многие гиды срочно занялись изучением родной территории и генерацией новых маршрутов. У вас они тоже появились? Вообще, как это происходит?

А. М.: О, рождение нового тура — это такой масштабный процесс. Мы выезжаем на местность, внимательно просматриваем варианты – что там можно показать. Смотрим на объекты, на последовательность рассказа и показа. Подходы, подъезды, безопасность и поминутная продолжительность… У каждой экскурсии есть протокол – мы всё знаем: когда будем, где, сколько времени и когда вернёмся. Это всё просчитывается. Когда приступаем к камеральной обработке собранных сведений, то маршрут наполняется нашими знаниями. Его нужно не просто знать, а чувствовать, тогда будет эффект и полнота информации.

А. П.: Новые туры появляются, когда в наших знаниях появляется что-то новое, чего мы раньше не знали. Либо что-то наталкивает на мысль, что и это тоже неплохо было изучить. Пандемия показала, что мы многого не знали о своей территории.

 

И что же вы такого нового придумали?

А. П.: Грибной тур, например. У нас есть потрясающие места в Каменском районе и не только в нём. Границы закрыты, но люди хотят оздоравливаться и общаться. Вот мы им и предложили. Такие горы, такие виды, воздух, птицы поют… Мы ж не только грибы собирали, мы еще уху варили на костре, картошку пекли, общались. Мы с Алексеем Михайловичем решили, что наше Приднестровье надо показывать блоками, исходя из географической рельефной единицы. Вот южная часть Приднестровья, равнинная, потом захватываешь Григориопольский район как бывшее армянское поселение, как место немецких колонистов.

А. М.: Дубоссары очень интересные – плотина, лавандовые поля, бутафорский домик в с. Роги. Получилось такое кольцо, мы его назвали «дубоссарские россыпи». Ещё возник новый маршрут – «Приднестровская Атлантида», он в стадии формирования. Когда строили Дубоссарскую ГЭС, затопили населённые пункты, они исчезли, а их история осталась.

 

Бытует мнение, что гидом может быть каждый. С другой стороны, во многих странах это лицензированный вид деятельности. Нужно ли это нам?

А. М.: Ещё как нужно, чтобы не было халтуры. Экзамен – это некий уровень, ты его сдал, люди тебя послушали, поняли, что ты готов к этой работе.

А. П.: Педагоги, к примеру, постоянно проходят курсы повышения квалификации. Лицензирование – это то же самое, должны проводиться инфотуры, экзамены. Слава богу, появилось Агентство по туризму, которое пытается нас скоординировать и объединить. Мы вообще должны все общаться, потому что каждый хорош в какой-то своей области, это лучше для потребителя.

 

Чтобы не было халтуры… Это как?

А. П.: Это когда посадил человека в автобус, привёз на объект, который интересен сам по себе, и человек его воспринимает только с эмоциональной точки зрения. Любая экскурсия — это ведь ещё и воспитательный процесс, очень важно, что ты говоришь о своём государстве. Одну и ту же территорию можно показать по-разному. Когда к нам приезжает турист, очень важно показать лицо своего государства, рассказать его плюсы, а минусы он и так увидит.

А. М.: Когда спрашиваешь: как тебе там? И если турист отвечает: «Я поехал, посмотрел. Я там был», то это не то, ради чего мы работаем. «Я был, видел, знаю, получил удовольствие», – вот это результат.

 

Хороший экскурсовод, он кто?

А. М.: Человек с большим объёмом знаний, культурный, воспитанный, умеющий видеть, слышать. Это человек, знающийся, когда и что говорить. Ну и, конечно, физическая подготовка тоже должна быть на уровне. Мало того, что ты напрягаешься, как все, но ты еще напрягаешься из-за того, что все напрягаются.

 

Отдача важна?

А. П.: Конечно! Всегда! Ты заходишь в незнакомую аудиторию (ведь мы же в основном в автобусе ездим), там чужие люди. Тебе нужно сделать всё так, чтобы к концу путешествия эта аудитория и для тебя, и для них стала знакомой. Это как лакмусовая бумажка: если хорошо работаешь, людям нравится, они получают удовольствие.

 

 

По материалам ИА «Новости Приднестровья»